Электромобили могут стать причиной обвала цен на нефть
Avtobest72.ru

Автомобильный портал

Электромобили могут стать причиной обвала цен на нефть

Энергия будущего. Сможет ли спрос на электромобили снизить цену на нефть до $10 за баррель

В ближайшие шесть-восемь лет цена нефти упадет до $10 за баррель из-за быстрого развития рынка электромобилей, заявил Крис Уотлинг, генеральный директор британской консалтинговой компании Longview Economics в эфире телеканала CNBC в ходе обсуждения предстоящего IPO Saudi Aramco.

Уотлинг сказал, что саудитам стоит поторопиться, пока цена на нефть не упала. «Нефть не всегда была драйвером мировой экономики. Мы забыли, что 120 лет назад мир от нее не зависел». По его словам, альтернативная энергетика уже оттесняет традиционные энергоносители — повсеместное использование электромобилей отразится на ней, поскольку около 70% нефти используется в транспортной сфере, добавил он.

Что кроется за подобными громкими заявлениями? Действительно, интерес к электромобилям заметно растет, их себестоимость снижается. Согласно исследованию Bloomberg New Energy Finance от 2016 года (BNEF) к 2022 году электромобили будут стоить столько же, сколько их конкуренты на углеводородном топливе, а к 2040 году электромобили с большим запасом хода будут стоить менее $22 000 (по курсу доллара на момент выхода исследования). Аналитики Bloomberg полагают, что уже к 2040 годам 35% продаж автомобилей будет приходиться именно на электромобили. Вместо 13 млн баррелей сырой нефти в день эти автомобили будут потреблять 1900 тераватт-час, а это порядка 8% мирового спроса на электроэнергию в 2015 году.

Будущее транспорта

Способны ли электрокары существенно повлиять на нефтяные цены? Цена $10 за баррель на горизонте 6-8 лет выглядит маловероятной, уверен руководитель Asset Management Clu­b НИУ ВШЭ, финансовый аналитик нефтяной компа­нии «Мангазея» Сергей Пигарев. По его мнению, электрификация транспорта окажет наибольшее влияние на нефтяную отрасль в ближайшие десятилетия, однако сложно на данном этапе оценить сроки и масштаб этого влияния. Крупнейшие мировые автопроизводители в своих стратегиях прогнозируют значительное увеличение доли электрифицированных машин в продажах новых автомобилей. Концерн «Фольксваген» планирует достичь доли 20-25% электрифицированных авто от общего числа проданных машин к 2025 году. Цель Группы «Рено-Ниссан-Митсубиши» — 30% к 2022 году. Похожие цифры заложены и в прогноз последнего представителя крупнейшей тройки автопроизводителей — японской «Тойота», тогда как по итогам 2016 года доля продаж электромобилей и подключаемых гибридов составила менее 1%.

«Динамика впечатляет, и все-таки стоит отметить, что основную ставку лидеры мирового автопрома делают именно на гибриды, которые наряду с электромотором имеют двигатель внутреннего сгорания и потребляют моторное топливо. Доля электромобилей в 20-е годы текущего столетия, по-прежнему останется незначительной. Кроме этого, параметром, который определяет объем потребления нефтепродуктов, является абсолютное количество бензиновых и дизельных автомобилей и их средний расход топлива, а не относительная доля машин с ДВС. Поэтому на горизонте 10 лет судьба нефтяного сектора будет зависеть не только от роста доли электротранспорта, но и от роста количества автотранспорта в мире в целом, а также от повышения эффективности самих ДВС. С высокой степенью вероятности, рост продаж автомобилей в развивающихся странах в ближайшие годы приведет к росту потребления нефти, несмотря на высокие темпы увеличения производства и продаж электрифицированных машин», — полагает Пигарев.

Инертная система

Фундаментально такая инфраструктура, как транспорт, обладает огромной инерцией, она не может измениться быстро, это живая система, меняющаяся с трудом в отличие от элементов моды. Поэтому самым важный фактор — не потребление углеводородов или электричества, а затраты на производство киловатт-часа энергии. Как рассказал начальник отдела анализа и маркетинговых исследований Thomson Reuters KORTES Александр Шкурин, электромобили необходимо рассматривать с позиций эксэргии — суммарных энергетических затрат и энергетической эффективности процессов преобразования теплоты в работу. Встает вопрос, как и из чего будет вырабатываться для них электроэнергия. Шкурин пояснил это на примере Германии: несмотря на «зеленое лобби», много электроэнергии производится из угля — «грязного» сырья — в том числе, парадоксальным образом, и для экологически чистых автомобилей. После отказа от атомной энергетики в 2011 году из-за аварии на японской АЭС «Фукусима« Германия была вынуждена вновь увеличить объемы угольной генерации, чтобы обеспечить надежность поставок и диверсифицировать источники поставки энергоносителей. Самые большие объемы в структуре электрогенерации в 2016 году в Германии приходятся на бурый и каменный уголь.

В мировых масштабах в структуре генерации электроэнергии (помимо атома и ВИЭ) есть три основных источника сырья — газ, уголь и мазут. Как объяснил Шкурин, если предположить, что из-за повсеместного перехода на электромобили сократится спрос на нефть, она сокращается в цене, что повлечет за собой смену структуры генерации энергии — электроэнергия будет в большей доле вырабатываться на подешевевшем дизельном топливе, газе, мазуте, а не угле. Нефть перейдет в другой сектор — изменятся пропорции ее потребления.

Ряд европейских и азиатских стран может перейти на электромобили в недалеком будущем, однако спрос на топливо растет в том же самом Китае, а также в Африке, Южной Америке — и эти регионы не могут позволить себе более дорогие машины, а пока что электромобиль не конкурирует с традиционным. Тем не менее, как отмечает Шкурин, сейчас наблюдается тренд, что экология подталкивается экономику — это выражается и в повышении акцизов, в требованиях к топливу и к двигателям, в государственных программах по переходу на более легкое топливо,, например с мазута на дизель и газ.

Тем не менее серьезный рост продаж электромобилей возможен при поддержке и субсидировании государства. Так вырос и упал спрос на дизель в Европе. Германия после подписания Киотского протокола в 1997 году поддержала налоговыми послаблениями и преференциями совсем непопулярные тогда в Европе дизельные машины. В «нулевые» годы на них приходись больше половины всех продаж в европейских странах, пока не выяснилось, что дизельные двигатели отнюдь не так безопасны из-за высокого содержания в продуктах сгорания оксида азота. Сейчас дизельным двигателям объявлена войны.

По мнению Пигарева, скорее всего, сокращение потребления моторного топлива может начаться в конце 2020 годов и будет вызвано в основном не ростом потребительского спроса из-за улучшения характеристик и снижения цены электромобилей, а ужесточением экологического законодательства. Транспортный сектор обеспечивает около четверти выбросов углекислого газа в атмосферу, поэтому сокращение и в дальнейшем запрещение продаж и эксплуатации автомобилей с ДВС рано или поздно станут реальностью. На горизонте 7-10 лет, использование столь радикальных мер будет сдерживается неготовностью мировой автомобильной отрасли обеспечить производство необходимого количества компонентов (прежде всего батарей), слабым развитием зарядной инфраструктуры в развивающихся странах и более высокой ценой электромобилей, что является решающим фактором для широкого круга автовладельцев.

«Что касается ценовых уровней, в настоящее время основным балансирующим фактором на мировом рынке нефти выступает объем добычи в сланцевом секторе США, где себестоимость на низкозатратных участках находится на уровне $25-30 за баррель. Как показал опыт 2016 года, когда цены опускаются ниже $40 за бочку, уровень добычи черного золота в США сокращается быстрыми темпами, что приводит к коррекционному движению цен вверх. Поэтому не стоит ожидать, что цены на нефть могут надолго задержаться ниже $40 за баррель в ближайшие годы, а уровень $10 выглядит и вовсе крайне маловероятным»,— рассказывает Пигарев.

Новые технологии

Значительно большая угроза рынку углеводородов в среднесрочной перспективе исходит не от замены бензиновых двигателей электрическими, а скорее от изменений технологий самой транспортировки, поскольку сократятся объемы перемещения товаров. Как полагает Александр Ершов, главный редактор Thomson Reuters по товарным рынкам, со временем способы перемещения грузов изменятся и не будут требовать загрузки такого количества любых двигателей. Кроме того, потребности в перемещении групп товаров тоже отпадут — все стремятся сконцентрировать свое производство более локально, а технологические возможности выровняют локальные производства на глобальном уровне. Так, Китай все больше предпочитает делать ставку на импорт сырой нефти, нежели на продукты ее переработки, — не обеспечивая полностью внутренний спрос собственной добычей, китайцы строят у себя перерабатывающие заводы.

По последним данным Международного энергетического агенства, спрос на нефть в Юго-Восточной Азии будет продолжать расти, по крайней мере, до 2040 года, поскольку развивающиеся страны нуждаются в ископаемом топливе из-за прироста населения, транспортировки товаров и производства пластика.

Цены на нефть впервые в истории упали ниже нуля

Насколько это опасно для России и мира?

Весь день 20 апреля котировки на лондонской бирже ICE били антирекорды. Около 10 утра по московскому времени (8 по лондонскому) стоимость барреля нефти американской марки WTI (West Texas Intermediate) впервые в XXI веке опустилась ниже 15 долларов. Однако, как показали дальнейшие события, это было только начало: на протяжении последующих часов цена планомерно падала и в 19:11 по Москве преодолела отметку в 10 долларов. Чуть меньше, чем через два часа баррель WTI стоил уже меньше нуля — такой расклад означает, что продавцы в буквальном смысле должны доплатить покупателям за товар, чего не случалось никогда прежде. Еще через полчаса котировки опустились до минус 6,89 доллара за баррель, после чего торги на лондонской бирже, в соответствии с правилами площадки, были остановлены. Но на Нью-Йоркской товарной (NYMEX) операции продолжались, в результате чего цена упала до минус 40,32 доллара за баррель.

Читать еще:  Как ведут себя шины в минус 50 градусов

Метаморфозы происходили с фьючерсными контрактами, предусматривающими поставку топлива в мае. 20 апреля торги ими заканчиваются, а значит, нефтяники и профессиональные трейдеры старались использовать последний шанс распродать остатки. WTI — один из двух основных сортов нефти в мире, наряду с североевропейским Brent считается эталоном, от цены которого отталкиваются компании в разных странах. Исторически баррель WTI стоит дешевле, чем Brent, — разница образуется из-за большей удаленности американских месторождений от конечных потребителей. Экспортеры WTI вынуждены больше тратить на транспортировку и при этом сохранять не слишком высокие цены, чтобы успешно конкурировать с продавцами Brent. Как следствие, они готовы платить добытчикам меньше. Но даже в таких условиях разница между котировками двух главных мировых сортов обычно не превышает нескольких долларов за баррель. Существует еще один нюанс: торги майскими фьючерсами Brent уже закончились, и повода для чрезмерного ажиотажа на европейское топливо не было. Но аналогичная ситуация складывается каждый месяц.
С начала года мировой рынок нефти переживает не лучшие времена. На падение спроса из-за коронавируса и вызванного им глобального экономического кризиса наложился мартовский провал сделки ОПЕК+ о сокращении добычи. Как следствие в хранилищах по всему миру скопилось слишком много невостребованной нефти. Даже новое соглашение под эгидой Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), в котором приняли участие гораздо больше стран, не дало мгновенного эффекта — в ближайшее время усилия партнеров будут направлены как раз на то, чтобы устранить избыток на рынке. Однако, как указывают аналитики, физически место в хранилищах еще есть и даже в последний день торгов у поставщиков не было нужды сбывать товар изо всех сил, в убыток себе. К тому же участники рынка так или иначе держат в голове договоренность крупнейших производителей планеты. Вызывают вопросы и действия руководства NYMEX. В правилах каждой биржи прописана остановка торгов в случае слишком большого роста или падения — чтобы охладить пыл инвесторов. В Лондоне сессия закончилась раньше времени, а в Нью-Йорке по непонятным причинам продолжалась, несмотря ни на что, хотя обе площадки входят в одну финансовую группу.

Июньские фьючерсы на баррель Brent тоже подешевели, но далеко не так сильно. Большую часть дня их стоимость колебалась около 26 долларов и до самого вечера не опустилась ниже. По сравнению с закрытием предыдущей торговой сессии падение составило 7,3 процента, что довольно существенно, однако не идет ни в какое сравнение с обвалом WTI на 231,3 процента. Контракты с поставкой в более поздние месяцы торгуются еще дороже, что является нормальной ситуацией сырьевых товаров. Так, июльский фьючерс на баррель Brent стоит 29,7 доллара, августовский — 32 доллара. Такая же картина и с американской нефтью: желающих получить баррель в июне просят выложить 21 доллар, в июле — 26,9 доллара, в августе — 29 долларов.

Цены на отечественный сорт Urals напрямую зависят не от WTI, а от Brent — из котировок на североевропейскую нефть вычитается определенная скидка. Но нынешние потрясения слишком сильны, чтобы не отразиться на всех. На спотовом рынке (с немедленными поставками), на который приходится малая часть торгов, стоимость барреля Urals также опустилась ниже нуля — до минус трех долларов. В отношении фьючерсных контрактов экономисты сохраняют больший оптимизм, но предупреждают, что как минимум на некоторое время контракты с отложенной поставкой тоже могут существенно подешеветь и даже опуститься ниже 10 долларов за баррель. Именно от этой цены во многом зависит федеральный бюджет: в нем заложен уровень в 42 доллара, а для пополнения Фонда национального благосостояния требуется превышение над ней. Длительное сохранение котировок на столь низком уровне чревато серьезными проблемами для российской экономики в целом, в том числе угрожает многочисленным запланированным мегапроектам.

В ближайшем будущем повторения столь драматичных событий ожидать не стоит — хотя бы потому, что к лету большинство стран мира начнут снимать связанные с коронавирусом ограничения и восстанавливать производство, а значит — создавать спрос на топливо. Но на нефтяном рынке принято уделять большое внимание психологии. Продавцы и покупатели пристально следят за тем, как цены преодолевают важные отметки, и граница, после которой стоимость становится отрицательной, — главная из них. В 2020 году уже случались кратковременные периоды, когда доходы нефтяников не окупали расходов (то же самое наблюдается прямо сейчас на российском оптовом рынке бензина), но обусловлено это было тратами на доставку топлива до покупателей. Теперь же отрицательной стала чистая стоимость, и апрель 2020 года точно станет вехой для всех заинтересованных сторон.

Нефтяные компании, как ни парадоксально, почти не почувствовали на себе крах котировок. Подавляющую часть добываемого сырья они продают через долгосрочные контракты, а оставшееся реализуют заранее при помощи фьючерсов, не доводя до крайних ситуаций, подобных нынешней. Все убытки приняли на себя спекулянты, старающиеся заработать на быстрой перепродаже контрактов и надеющиеся на будущий рост цен. Им жизненно важно успеть избавиться от фьючерса до окончания торгов, поскольку иначе придется принимать физические поставки нефти. Чтобы не допустить этого, торговцы готовы доплачивать первому встречному покупателю еще больше (и опускать цены еще ниже), но в ситуации, когда хранилища почти переполнены, приобретать топливо не готов никто.
Также пострадали инвесторы, вложившиеся в акции американского профильного фонда USO. Управляющая им компания вкладывает их средства в дешевые фьючерсы и ждет роста цен — вместе с ними дорожают и акции фонда, торгуемые на бирже. Всего неделю назад в фонде наблюдался рекордный приток средств новых участников в 1,6 миллиарда долларов. Все они рассчитывали, что нефтяные котировки пойдут вверх после исторического соглашения ОПЕК+. Однако реальность обманула их ожидания.

Электромобили станут причиной нового нефтяного кризиса

Экология потребления.Новые технологии приведут к широкому распространению электромобилей в следующее десятилетие. В развитии технологий наступает момент, когда покупать альтернативы становится бессмысленно.

Новые технологии приведут к широкому распространению электромобилей в следующее десятилетие.

В развитии технологий наступает момент, когда покупать альтернативы становится бессмысленно. Вспомните о смартфонах в последние десять лет, цветных телевизорах в 70-х или бензиновых автомобилях в начале прошлого века. Прогнозировать сроки этих сдвигов трудно, но когда они случаются, меняется весь мир.

Впереди эра электрических автомобилей

В прошлом году стоимость аккумуляторных батарей упала на 35%. Анализ рынка электромобилей, проведенный Bloomberg New Energy Finance (BNEF), показывает, что в ближайшие шесть лет они по стоимости сравняются с бензиновыми. Это положит начало реальному массовому рынку электромобилей.

По прогнозам, к 2040 году электромобили с большим запасом хода будут стоить менее 22 тыс. долларов (в текущих ценах). 35% продаваемых в мире автомобилей будут электрическими.

Нефтяные рынки не готовятся к такому развитию событий, и легко понять, почему. Сегодня электромобили составляют лишь 0,1% от мирового рынка автомобилей. На улицах большинства городов они — редкость, при этом стоят значительно дороже бензиновых аналогов. По оценкам ОПЕК, к 2040 году электрокары будут составлять лишь 1% от общего числа машин. В прошлом году гендиректор ConocoPhillips Райан Лэнс заявил, что в ближайшие 50 лет электромобили не окажут существенного влияния на рынок.

Однако вот что уже известно: в ближайшие пару лет Tesla (NASDAQ: TSLA), Chevrolet и Nissan планируют приступить к продажам электромобилей с большим запасом хода по цене около 30 тыс. долларов. Другие автопроизводители вкладывают миллиарды в разработку десятков новых моделей. К 2020-му некоторые из них будут лучше и дешевле бензиновых аналогов. Цель — повторить успех Tesla Model S, которая в настоящее время контролирует сегмент люксовых автомобилей в США. Тогда возникает вопрос, насколько из-за электромобилей упадет спрос на нефть? Будет ли сокращение спроса достаточным, чтобы вызвать очередной нефтяной кризис

Прежде всего необходимо оценить, как быстро продажи будут расти

В прошлом году продажи электромобилей в мире выросли на 60%. Это любопытная цифра, поскольку совпадает с прогнозируемой компанией Tesla в период до 2020 года. Именно такой рост помог модели T от Ford завоевать рынок в 1910-х. Для сравнения, продажи солнечных панелей следуют по аналогичной траектории, прибавляя ежегодно по 50%, а спрос на светодиодные лампочки за год вырастает примерно на 140%.

Увеличение продаж электромобилей на 60% в год приведет к сокращению спроса на нефть на 2 млн баррелей в сутки уже к 2023 году. Избыток нефти на рынке будет эквивалентен тому, который вызвал нефтяной кризис 2014-го.

Совокупные годовые темпы роста в 60% не могут продолжаться вечно — оценка слишком агрессивна. В своем анализе BNEF использует более методичный подход, раскладывая электромобили на стоимость их деталей. Таким образом можно предсказать, когда цены упадут достаточно, чтобы привлечь среднего потребителя. Используя модель BNEF, рынок преодолеет пороговую отметку в 2 млн баррелей в день несколькими годами позже — в 2028-м. Подобные прогнозы в лучшем случае ненадежны. Можно самое большее ожидать, что они окажутся точнее преобладающей в нефтяной отрасли точки зрения, предсказывающей слабый интерес к электромобилям в будущем.

Аналитик BNEF Салим Морси говорит: «Если посмотреть на прогнозы ОПЕК или Exxon, они считают, что спрос будет расти примерно на 2%. Независимо от того, какой в 2040 году будет конечная цифра — 25% или 50%, это не так важно, как осознание факта, что спрос на электромобили будет массовым».

Анализ BNEF фокусируется на общей стоимости владения электромобилем, включающей в себя обслуживание, расходы на заправку и — самое главное — стоимость батарей.

Читать еще:  Какие документы нужны чтоб подать на развод

Батареи составляют треть от расходов на создание электромобиля. Чтобы ЭМ получили широкое распространение, должно произойти одно из четырех:

  • Правительства предложат льготы для снижения стоимости.
  • Производители пойдут на чрезвычайно низкую рентабельность.
  • Покупатели будут готовы платить больше за электромобили.
  • Стоимость батарей упадет.

Первые три процесса уже идут, однако они не могут продолжаться вечно. К счастью, стоимость батарей движется в правильном направлении.

У уравнения существует и другая сторона: откуда возьмется вся необходимая электроэнергия? По оценкам BNEF, к 2040 году электромобили будут потреблять 1900 Твт·ч, что эквивалентно 10% электричества, произведенного человечеством в прошлом году.

Хорошие новости заключаются в том, что электричество становится чище. С 2013 года мир прибавляет больше генерирующей мощности от ветра и солнца, чем от угля, газа и нефти, вместе взятых. Электромобили снизят стоимость хранения батарей и позволят запасать нестабильную энергию солнца и ветра. Развитие в сторону эффективной электросети, электромобилей и возобновляемых источников энергии создает взаимовыгодный круг потребления.

А как насчет лития и других ограниченные материалов, используемых в батареях? BNEF проанализировала эти рынки и обнаружила, что проблем на них не предвидится. До 2030 года на производство батарей будет потрачено менее 1% от разведанных запасов лития, никеля, марганца и меди. Потребуется 4% от общемировых запасов кобальта. После 2030-го производство, скорее всего, переключится на другие материалы, а батареи станут легче, меньше и дешевле.

У нефтяных рынков остаются причины для скепсиса

Производителям еще предстоит снизить цены на электромобили, кроме того, пока недостаточно зарядных станций для дальних путешествий. Большинство новых покупателей в Китае и Индии будут и дальше предпочитать бензиновые и дизельные автомобили. Растущий спрос на нефть со стороны развивающихся стран может перевесить влияние электрокаров, особенно если ее цена упадет ниже $20 за баррель и там и останется.

Еще одна неизвестная в исследовании BNEF — рост числа беспилотных авто и сервисов вроде Uber и Lyft. Пробег этих машин превышает 30 тыс. км в год — чем больше автомобиль в пути, тем выгоднее становятся батареи. По оценкам BNEF, если новые сервисы окажутся успешными, рыночная доля электромобилей может возрасти до 50% к 2040 году.

Об одном можно сказать с уверенностью: когда бы ни наступил очередной нефтяной кризис, он станет лишь началом. С каждым последующим годом количество электромобилей на дорогах будет расти, сокращая спрос на нефть. о публиковано econet.ru

Понравилась статья? Напишите свое мнение в комментариях.
Подпишитесь на наш ФБ:

После обвала нефтяных цен в США на заправках дешевеет топливо. В России — нет

20 апреля 2020 года цены на нефть американской марки WTI пережили крупнейший обвал за всю историю. За несколько часов стоимость фьючерсного контракта на баррель опустилась до 0 долларов, а затем ушла до минус $40,32. Это означало, что продавцы готовы были доплатить покупателям за товар. Торговый день на Нью-Йоркской бирже для майских фьючерсов на WTI закончился на отметке минус $37,63. Во вторник, 21 апреля, стоимость американской нефти вернулась к положительным значениям.

Историческое падение цен на нефть привело к снижению розничной стоимости автомобильного топлива в США. Около 30 американских штатов уже сообщили о корректировке цен на бензин, о чем свидетельствуют данные трекера GasBuddy. В России стоимость топлива остается неизменной, несмотря на то что рухнули оптовые цены на бензин.

Литр бензина в США — 17,5 рубля

В сообщении GasBuddy говорится, что впервые за последние 20 лет в США появились города, где галлон бензина (3,785 л) стоит меньше 1 доллара. При переводе в привычные россиянам единицы измерения выходит, что минимальная стоимость одного литра топлива в США теперь составляет примерно 17,5 руб. за литр. Такие цены, например, на заправках в Кентукки, где галлон продают по 95 центов.

По подсчетам аналитиков, сегодня в США более 120 тыс. заправок в большей части штатов реализуют бензин по цене менее $2 за галлон, а почти 40 тыс. заправок — по цене менее $1,50. Средняя же стоимость одного галлона бензина по стране составляет $1,69 — это на 10% меньше, чем неделю назад. К слову, после «черного понедельника» 9 марта средняя стоимость галлона топлива в США опускалась до $2,14 (около 38 рублей за литр). По сравнению с 2019 годом цены на автомобильный бензин в США снизились примерно на 50%.

«Беспрецедентное падение спроса повсеместно снизило цены на топливо, — констатирует глава отдела анализа нефти GasBuddy Патрик Дехан. — Учитывая, что нефть достигла новых многолетних минимумов, возможно дальнейшее падение розничных цен на бензин почти по всей стране».

Однако не всем автомобилистам так повезло. Так, в Калифорнии галлон топлива по-прежнему самый дорогой и в среднем стоит $2,7; в Вашингтоне — $2,4. В свою очередь самый дешевый бензин (ниже $1,50) — в Висконсине, Оклахоме, Огайо, Мичигане, Арканзасе и Индиане.

Литр бензина в России — 45,9 рубля

В России тем временем средняя цена бензина АИ-95, по данным Росстата, составляет 45,9 руб. за литр, АИ-92 — 42,49 руб. После обрушения цен на нефть WTI никаких изменений в стоимости не произошло. Налоговая система в РФ такова, что цены на бензин растут независимо от того, дорожает или дешевеет нефть на мировом рынке.

Ранее на эту тему рассуждал аналитик Андрей Нальгин, комментируя сообщения о том, что россияне ездят заправлять свои автомобили в Казахстан, где на российских АЗС бензин дешевле почти в два раза. «Один мужик поехал в Казахстан на своем авто. И челюсть уронил… Потому что увидел цены на заправке такой же „Газпромнефти“, что и в России. Чтобы сразу была понятна суть, один литр АИ-92 у казахов стоит 26 рублей. В России — более 40 рублей на похожей заправке», — отмечал он.

Нальгин констатировал, что условно существует одна стоимость сырья, равные затраты на переработку и дистрибуцию. «Но ценники на заправках отличаются более чем в 1,5 раза! В принципе понятно, отчего так. Львиную долю чека c АЗС в России забирает себе бюджет. И второй момент: российская нефтяная отрасль сплошь суверенна и вертикально интегрирована. У казахов нет этой монополизации, а на рынке свободно работают иностранцы. В том числе — из России», — пояснил аналитик.

Оптовые цены на бензин все же снизились

При этом гендиректор агентства «Аналитика товарных рынков» Михаил Турукалов сообщил РБК, что российские нефтяники начали продавать бензин на бирже себе в убыток. В России, как и во всем мире, резко упал спрос на топливо из-за введенных режимов самоизоляции, это привело к падению автомобильного трафика.

По данным эксперта, сейчас компании получают чистый убыток около 2,3 тыс. рублей на тонну бензина АИ-92. С 13 по 19 апреля цена этой марки на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже упала на 11% (4,2 тыс. рублей) и 20 апреля АИ-92 продавали по 35,77 тыс. рублей за тонну в европейской части России. При этом издержки компаний, включающие акциз, выплаты в бюджет по демпферу (механизм стабилизации цен на топливо на внутреннем рынке), НДС и НДПИ (налогу на добычу полезных ископаемых), составляют 38,07 тыс. рублей за тонну.

Демпфер был введен российским правительством в 2018 году — это механизм сглаживания цен, защищающий стоимость топлива от колебаний. Демпфер призван компенсировать нефтяникам недополученную прибыль при поставках нефтепродуктов на внутренний рынок — по сравнению с более выгодной продажей на экспорт. Если экспортные цены оказываются ниже определенного уровня, то уже сами компании доплачивают в бюджет разницу.

Что произошло с нефтью WTI?

В историческом падении WTI сошлись несколько факторов. По всему миру из-за пандемии CОVID-19 и вызванного им глобального экономического кризиса упал спрос на топливо — люди попросту стали меньше пользоваться транспортом. На это наложился мартовский провал сделки ОПЕК+ о сокращении добычи нефти. В результате хранилища по всему миру оказались забиты невостребованной нефтью. Экспортные мощности не позволяли избавиться от излишков, да и покупателей практически нет.

Накануне наступил момент, когда трейдеры в последний момент начали избавляться от истекающих 21 апреля майских фьючерсов (долговых контрактов) на поставки нефти WTI. В итоге нефть WTI потеряла в цене около 300%. Директор московского нефтегазового центра EY Денис Борисов в беседе с The Bell добавил, что помимо фундаментальных факторов, сказавшихся на обесценивании нефти, есть и спекулятивный.

WTI является одним из двух основных сортов нефти в мире, наряду с маркой Brent в Европе, и считается эталоном, от цены которого отталкиваются компании по всему миру. Есть еще российский сорт нефти Urals, но ее фьючерсы фактически не торгуются на бирже, а цена поставок Urals рассчитывается, исходя из котировок Brent. Цена барреля Urals с поставкой «прямо сейчас» — $15,81.

В случае с Brent торги майскими фьючерсами закончились ранее, поэтому никакого ажиотажа на европейское топливо не было. Июньские фьючерсы на WTI после более скромного падения накануне остаются выше $20, нефть Brent стоит около $26 за баррель. Цены на майские фьючерсы на нефть марки WTI 21 апреля поднялись почти до $1,5 за баррель. При этом трейдеры предупреждают, что июньские фьючерсы на WTI вскоре также могут оказаться под давлением.

Читать еще:  ОСАГО как расшифровывается

Что будет дальше?

В эфире американского телеканала CNBC ряд экспертов озвучили прогнозы, что в ближайшем будущем повторения обрушения цен на нефть не стоит ожидать. Главным образом из-за того, что постепенно из-за улучшения эпидемиологической обстановки все больше стран будут снимать связанные с коронавирусом карантинные и другие ограничительные меры. Как следствие — будет восстанавливаться производство, а значит, и расти спрос на топливо. Кроме того, остается надежда на то, что страны ОПЕК+ окончательно договорятся между собой по добыче нефти. Ожидается, что летом цены на нефть будут колебаться на уровне 20–30 долларов за баррель.

Электромобили могут стать причиной обвала цен на нефть

Произошедший 9 марта обвал на рынках привел к тому, что цена на нефть Brent падала ниже уровня $32 баррель, цена нефти марки WTI — ниже $30. Это произошло из-за новостей о том, что сделка ОПЕК+, ограничивающая добычу нефти, перестанет действовать с 1 апреля. Россия не согласилась с предложением Саудовской Аравии ограничить добычу на дополнительные 1,5 млн барр. в сутки. Сейчас цены на нефть отскочили до $36 за баррель, но, как заявил глава Минэнерго Александр Новак, восстановление котировок нефти займет несколько месяцев.

Тем временем президент США Дональд Трамп в своем Twitter отметил, что сложившаяся ситуация благоприятна для потребителей, поскольку цены на бензин должны снизиться. Российские автомобилисты также понадеялись, что увидят более низкие цены на АЗС и до последнего старались не заправляться. Но зря: ведущие эксперты и аналитики отрасли объяснили, почему топливо в России будет дорожать при любом раскладе.

Снижение цен на бензин в России из-за падения цен на нефть невозможно, поскольку розничные цены на дизельное топливо и бензин практически не привязаны к стоимости нефти, объяснил аналитик ГК «Алор» Алексей Антонов в беседе с Autonews.ru. По его оценке, доля стоимости сырья в цене на топливо в России составляет не более 7%.

«Если мы посмотрим на структуру стоимости одного литра АИ-95 в рознице, то обнаружим, что 3/4 стоимости (порядка 72%) формируют заложенные в нее государственный акциз, НДС и расходы на уплату НДПИ (налога на добычу полезных ископаемых), — рассуждает Антонов. — Вычитаем так же расходы нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ) на переработку, транспортировку, логистику, прибыль трейдеров и операторов АЗС. В итоге выходит, что стоимость сырья, в зависимости от текущих котировок, с 2019 года не превышает 7%».

Эксперт предполагает, что текущее падение нефти на мировом рынке теоретически могло бы привести к снижению цен на бензин в пределах 2%. Однако сомневается, что это произойдет. Антонов считает нефтепереработку в России проблемной отраслью, «которая до 2019 года существует за счет многомиллиардных субсидий, а начиная с 2019 года — за счет демпфирующих надбавок».

«Текущие цены на нефть сдерживаются новым механизмом компенсаций со стороны государства и неформальными договоренностями с ним. В итоге участники рынка корректируют оптовые и розничные цены так, чтобы это оказывало минимальное давление на темпы инфляции, — говорит Антонов. — Стоит ли объяснять, что возможность получить дополнительную прибыль в условиях подешевевшей нефти вряд ли будет ими упущена. Но ни о каких сверхприбылях речь не идет. Ведь сама по себе нефть не оказывает существенного влияния на себестоимость литра топлива в опте или тем более рознице».

Эксперт уточняет, что, проходя по цепочке от скважины до пистолета в топливном баке, топливо дорожает не из-за скачущих котировок на мировом рынке, а из-за роста расходов всех участников этой цепочки. «Эти расходы, надо полагать, вырастут в связи с очередным мощнейшим витком девальвации рубля, смягчающей последствия 30-процентного обвала для добывающих компаний», — прогнозирует аналитик.

Текущая ситуация на сырьевом и валютном рынках может сохраниться в течение несколько недель или даже месяцев. Тогда бензин и дизель в рознице не только не подешевеют, но и вырастут в цене на 2–4% еще до начала мая. «Это возможно, если к тому времени Москва и Эр-Рияд не придут к согласию», — говорит Антонов.

По его мнению, государство будет прикладывать все силы, чтобы сдерживать цены на топливо. Наиболее активно это будет происходить в случае с дизелем, поскольку неблагоприятная ситуация на рынке совпала по времени с началом сельскохозяйственного сезона.

«Аграрии рискуют оказаться в очень сложной ситуации, которая уже во второй половине года может вылиться в существенный скачок инфляции: дополнительные расходы на солярку заложат в стоимость сезонных овощей и фруктов уже летом, а осенью поднимут цены на зерновые, масличные и прочие культуры», — уточнил эксперт.

Руководитель аналитического центра Независимого топливного союза Григорий Баженов назвал типичной ситуацию, в которой в нефтедобывающих странах и странах-экспортерах цена на бензин не падает вслед за нефтью. Дело в том, что внутренние цены на бензин субсидирует государство. Так происходит и в России.

«Цены на топливо, которые мы сейчас видим на заправочных станциях, субсидируются. Из-за такой схемы получается, что рентабельность у игроков невысокая, — объясняет Баженов Autonews.ru. — Рынок зажат в регуляторные тиски. С одной стороны, мы имеем высокие акцизы, которые давят на нефтепереработку. С ними помогают справляться только различные демпферы и субсидирование. С другой стороны, есть розница, которая не может работать по принципу свободного ценообразования — цены на топливо поставлены в прямую зависимость от инфляции. С 2009 года в отрасли действует правило «инфляция минус», согласно которому цены на бензин и топливо должны расти на 1-2 процентных пункта ниже инфляции. Поэтому нет смысла ждать каких-то понижений. Принцип свободного ценообразования у нас не работает. Цена будет расти всегда, потому что она регулируется».

По данным Росстата, стоимость литра бензина в среднем по России с 24 февраля по 1 марта 2020 года выросла на 2 коп. и составила 44,92 руб. Литр бензина АИ-92 подорожал на 3 коп., до 42,51 руб. Цена за литр бензина АИ-95 выросла на 1 коп. до 45,92 руб. Цена литра дизельного топлива осталась на уровне 48,14 руб.

Баженов также не исключил, что цены на бензин и дизельное топливо могут вырасти уже в ближайшее время. «Если инфляция разгонится, то и цена на бензин будет выше прогноза. Так, если в результате обвала рубля прогнозируемая Центробанком инфляция в 4% вырастет условно до 6-7%, то и цены на бензин скорректируются и подрастут на 5-6%».

Эксперт считает, что с точки зрения потребителя свободное ценообразование более выгодно.

«Мы живем в ситуации, когда цены всегда растут, мы можем только предполагать, насколько они скорректируются в очередной раз, — рассуждает Баженов. — А если в тех же США цена выросла на 10%, но у водителей есть понимание, что завтра из-за корректировок цен на нефть бензин подешевеет уже на 15%, такие скачки воспринимаются более спокойно».

Сравнивая ситуацию с 2016 годом, когда цены на нефть обрушились с 50$ до $30 за баррель, что привело к дефициту бюджета и в дальнейшем к росту акцизов, эксперт заявил, что сейчас для повторения такого сценария предпосылок нет.

«Акциз — это внутренний налог, сейчас ситуация такова, что всю налоговую нагрузку государство старается перенести на внутренний рынок, экспортные пошлины отменяются, а НДПИ нефтедобывающие компании платят вне зависимости от того, куда уйдет поставка: за рубеж или на внутренние рынки. Планов по изменению Налогового кодекса у правительства нет», — пояснил Баженов.

Нефтяники были готовы к обвалу стоимости сырья, убежден ведущий аналитик компании «Алгоритм Топливный Интегратор» Виктор Костюков.

«На внеплановом совещании министров экономического блока у премьер-министра Михаила Мишустина, которое состоялось 9 марта, где обсуждали меры по стабилизации состояния российской экономики и ситуации, связанной с развалом альянса ОПЕК, министр Александр Новак рассказал, что сценарий выхода из соглашения по сокращению объемов добычи нефти прорабатывался заранее. Поэтому текущая ситуация на рынке находился в пределах прогноза, — полагает аналитик. — Другими словами, российские нефтяные компании наперед знали точку отсечения, то есть были уверены, что предельный уровень сокращения добычи уже достигнут и дальнейшая политика сокращения добычи принесет скорее вред, чем пользу. Поэтому они знали, что цены на нефть обрушатся».

Эксперт уверен, что все нефтяники захеджировали свои риски. Поэтому прогнозирует, что ситуация на рынке стабилизируется, цены на нефть вернутся ближе к прежним значениям, а курс рубля стабилизируется на отметке 75 рублей за доллар США. Автомобилистам же, по его словам, резких изменений цен на бензин ждать не стоит.

«Тонна АИ-92 во вторник на бирже подешевела на 2140 рублей – до 44237 рублей, тонна бензина премиум-95 подешевела на 2361 рубль, до 45 664 рублей. Цены попрыгают и успокоятся. Бензин у нас не подешевеет, но и не будет дорожать быстрее темпов инфляции. В прошлом году инфляция была на уровне 3%, в этом, возможно, прогноз скорректируют до 5-6%, значит, в этих пределах и подорожает топливо», — прогнозирует Костюков.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector